Академик А.Аскаров: Дискуссия по арийской проблеме в ЦентрАзии (2-й ответ паниранистам)

07.04.2006
Интерес каждого народа к изучению своего прошлого, обращение к его глубоким истокам является объективным процессом.
Человечество всегда стремится на примерах общечеловеческих ценностей, высокой нравственности и богатой духовности истории воспитывать у людей чувство созидания и стремления к добру. При этом необходимо помнить, что каждый из нас зная историю своего народа должен объективно и уважительно относиться к истории и культуре других народов и стран. Подобный подход к истории приобретает особенно важное значение тогда, когда фактор региональной общности выходит на первый план.

Общепринято, что мировая цивилизация и всемирно-историческое культурное наследие не является результатом деятельности лишь отдельных народов, у которых “свойства” были более выше, чем у других. Следовательно, что до Октябрьского переворота (вернее, до политики советов по территориально-национальному размежеванию) история и культурное наследие народов Средней Азии не имела национальных границ, они тесно переплетены друг с другом на все времена совместного проживания в едином регионе, что разделит их на части практически не возможно. Однако, наши некоторые коллеги из Таджикистана, заболевшие “детской болезнью левизны” даже довели до заблуждения политических лидеров своей страны в том, что “таджики-прямые потомки “исторически избранного”, “этнически исключительного” народа “арийского происхождения”, что вся история и культурное наследия народов Центральной Азии принадлежит только им, что тюрки-узбеки – варвары и завоеватели, которые вытеснили избранный богом народ высочайшей культуры в горную часть Средней Азии. Если “продажные” джадиды не исправили в свое время эту ошибку истории, то этот факт должен знать каждый таджик и с духом глубокого презрения относиться к тюркам-узбекам. Вот как думают и пишут некоторые коллеги из Таджикистана.

Каждый раз читая книги или статьи, сочиненные таджикскими академиками Н.Негматовым (“Таджикский феномен: теория и история”. Душанбе, 1997 г.) и Р.Масовым (“История топорного разделения”. Душанбе, 1991 г.; его же, “Таджики: история с грифом “совершенно секретно”, Душанбе,1995 г.; его же, Таджики: вытеснение и ассимиляции”. Душанбе, 2003 г.), опубликованные после распада СССР, убеждаешься в том, что они будучи более объективными исследователями в годы советской власти, теперь превратились в “ученых” профашисткого духа, индикаторов межнациональной вражды, открыто и безосновательно, отрицающих какой-либо вклад других народов Средней Азии в развитие среднеазиатской и мировой цивилизации. Особенно, господин Р.Масов еще раз продемонстрировал свое истинное лицо в своем “ответе” мне на странице Интернета от 9 марта 2006 года.

Я, в первом своем ответе Р.Масову через Интернет от 25 .01.06 г., говорил и еще раз подчеркиваю, что арий не этнос, не особый народ высочайшей культуры, не этническая исключительность, а всего лишь аристократическая прослойка общества кочевых скотоводов эпохи бронзы (середина II тыс. до н.э.). О сложении этой прослойки подробно было изложено в моей статье (А.Аскаров. Арийская проблема: новые подходы и взгяды. Сборник статей. “История Узбекистана в археологических и письменных источниках”. Т.,2005 г.).

В научной литературе принято считать, что формирование арийцев происходит на определенном этапе развития индоевропейской общности, которые согласно существующей гипотезе якобы говорили на индоиранских языках. При отсутствии соответствующих письменных источников, указывающих на определенную языковую их принадлежность, такая гипотеза была допустима. А теперь, не смотря на наличие многочисленных научных трудов, посвященных истории и культуре арийцев, представилась реальная возможность пересмотра как языковой принадлежности арийцев, так и самого существования арийской “нации”. Это древнекитайские письменные источники-сообшения дворцовых летописьцев по имени “Ши”, которые регулярно записывали историю северных китайских царств. Анализ сообщений “Ши” о своих северных и северо-западных кочевых племенах-соседах позволил установить современным китайским историкам языковую принадлежность этих племен в пользу их тюркоязычности. Локализация их с носителями археологических культур этих районов позволяет нам выдвинуть гипотезу о тюркоязычности кочевых племен этих районов эпохи бронзы, материальная и духовная культура которых известна, как андроновская.

В науке общепринято, что арийцы происходили именно из среды андроновской культурной общности, что
>арийцы – аристократический слой древнейших степных племен. Археологами были правильно определены их первоначальные районы формирования. Это евразийские степи, откуда с целью поиски богатых пастбищ для своих скотов, в сопровождении конной бесстрашной упрямой дружины, они во второй половине II тыс. до н э. мигрировали на юг через Средней Азии. Обосновавшись первоначально в возвышенностях Ирана, эти кочевники завоеватели воспользовавшись своим военным преимуществом над местным оседлым земледельческим населением, постепенно устанавливали свою власть над ним. Значить, древнеземледельческие общины области юго-западного Ирана, объединенные во главе города-государства Персида, скоро оказалась под властью тюркоязычных кочевников, а местное население ее говорило на древнем фарси, т.е.было ираноязычное. Местное население к пришлым кочевникам первоначально отнеслось как иноземцу и завоевателю. Затем, когда они стали хозяевами, местное население начало называть их на языке священной книги Авеста “господином”, “хозяином”, “властелином”, что означало на языке местного населения “Арья”- аристократ, вольный, независимый человек. Следовательно, термин “арья”, “арий”- индоиранский, этим термином местное население называло пришлых кочевников по их социальному положению в древнеперсидском обществе. А страна завоеванная ими – Ариана, позднее стала называться– Иран.

Р.Масов обвиняя во всех своих необъективных “творениях” то джадидов, то ученых- узбеков вместе с руководством Узбекистана, ни как не хочет понять сложный исторический и этногенетический процесс, происходивший на протяжении многовековой истории народов Средней Азии. На протяжении последних 15 лет обвиняя в предательстве джадидов, он не понял истинную сущность тогдашней политики Советской власти, направленную на искусственное разделение единого исторического прошлого и культурного наследия народов Средней Азии по квартирам национальных республик, негативные последствия которого теперь чувствуют нынешнее поколение.

Он (Масов) далек от простой истины, что существование арийской нации и народов – это полнейший миф и недоразумение в науке; арий как этнос не существовал и раньше, не существует и сейчас. Не смотря на это, он почему-то озлобленно упорствует в этнической исключительности и исторической избранности и об арийской принадлежности таджиков со знаком свастики. Поэтому, демагогическое политиканство Р.Масова не имеет никакой научной почвы, не отражает истинное положение дел, связанное со сложным историческим и этнокультурным развитием древнего среднеазиатского общества. Неужели вам не понять господин Масов, что если бы большевики не пошли тогда на создание союзных республик, то наш край стал бы называться своим исторически сложившимся этногеографическим топонимом-Туркестаном или Туркестанской советской социалистической Республики.

Разделение единого Туркестана на республики было задумано с целью убрать с политической карты исторический термин Туркестан и заменить его термином Средняя Азия. На самом деле, этнотопоним Туркестан отражал этническую ситуацию, сложившуюся здесь на протяжении многовековой истории народов региона. Однако, господин Масов ни как не хочет понять, что тюркоязычное население проживает здесь бок о бок с автохтонным ираноязычным населением с древнейших времен. Они никогда не жили изолировано друг от друга. Результаты археологических материалов показывают, что тюркоязычные племена Средней Азии впервые появились здесь в эпоху бронзы, материальная культура которых была зафиксирована С.П.Толстовым в дельтах Амударьи (тазабагябская культура: Толстов, 1948, стр.76-77), Б.А.Литвинским в Ферганской долине (кайраккумская культура: Литвинский, 1963, стр.115-124) и А.Аскаровым (тазабагябский вариант андроновской культуры) носители этих культур расселились по всей Средней Азии (Аскаров, 1962, стр.28-41). До этого здесь жили протосогдийцы, протобактрийцы и племена среднеазиатских авестийских туров, язык которых, по общепризнанному положению в науке, принадлежал к восточной ветви иранской языковой семьи.

Наиболее ранний этнокультурный контакт, сопровождаемый торгово-экономическими связами между этими двумя разноязычными этническими пластами, на наш взгляд, начался именно тот период. Да, именно с того периода начинается и этногенез узбекского народа, так как последний сложился в результате многовековой ассимиляции двух разноязычных племен и народов. Процесс ассимиляции был долгим и имел нескольких этапов. Носители среднеазиатских андроновской, тазабагябской и кайраккумской культур, первоначальной исконной родиной которых были огромные просторы Евразийских степей, на индоевропейской стадии своего развития были пастушеско-скотоводческими и матыжно-земледельческими племенами, а с переходом на индоарийскую стадию развития, они начали мигрировать на юг через Среднюю Азию. Это произошло по данным археологических исследований во второй половине II тыс. до н.э.(Аскаров, 2001, стр.69-72).

Эти племена в Авесте названы турами, обитавшими в стране Арьянам Вейджах, а их страна в Шахнаме именуется Тураном. Ареал распространения племен туров обширный. По данным археологических исследований племена туров расселились на огромной территории степей Евразии: на западе от северо-восточного побережья Черного моря, на востоке до Тувинских степей, на севере занимали территорию до славянских густых лесов, а на юге тянулись до Амударьи.

Согласно письменных источников (в первую очередь древнекитайских, о чем мой оппонент Р.Масов во всех своих ответах умалчивает) степные племена Великой степи, расселившиеся к востоку от нижней Волги были тюркоязычными, о чем более подробно и четко сказано в моей статье и ответе господину Масову через Интернет от 24 и 25 января 2006 г. (А.Аскаров – Арийская проблема: новые подходы и взгляды; Антинаучная позиция злобного панираниста. Ответ на отклик Р. Масова “Тюркизация арийцев: чушь или недомыслие?”). Поэтому, считаю излишним снова доказывать Масову свою позицию, если он сознательно уклоняется от фактов, имеющихся в древнекитайских письменных источниках, составленных дворцовыми летописцами “ши”, служившими в северокитайских царствах (“Шя” и “Шонг”), начиная с 2205 года до н.э. Материальная культура этих племен археологически локализируется с материальной и духовной культурой степных племен эпохи бронзы Южной Сибири, Казахстанских степей, Южного Зауралья и Горного Алтая (Аскаров, 1996; 2005).

Первая миграционная волна части из этих племен, как выше отмечалась, происходила во второй половине II тыс. до н.э. Кратковременные стоянки этих степных племен с обилием керамики андроновского типа в этот период появляются не только в северных, северо-восточных и центральных районах Средней Азии, но и в глуби южных областей региона (Массон,1959, стр.116; Ершов, 1951; Збруева, 1946,стр.186). Керамика носителей этой (андроновской) культуры встречается в комплексах древнеземледельческих общин времени Намазга VI (Масон, 1959, стр.117) и Сапаллинской культуры (Аскаров, 1989, стр.160-166). В тот период не были районы в пределах нынешнего Узбекистана, куда бы не проникали степняки андроновско-тазабагябского типа.

Вторая мощная миграционная волна тюркоязычного населения в среднеазиатское междуречье и в древний Хорезм происходила в эпоху античности, в результате чего на севере Средней Азии образовалось полукочевое и полуоседлое Кангуйское государство. О разноязычности населения государства Кангуй общепринято в советской науке и это точка зрения не отвергнута, наоборот усилена дополнительными аргументами в пользу интенсивного усиления тюркоязычного этнического пласта в северном регионе Средней Азии (Шаниязов, 2001, стр.10-11).

В этот период была заложена основа ряда этнообразующих факторов, необходимых для по этапного сложения узбекской народности. Так например, в районах среднего бассейна Сырдарьи (Ташкентский оазис и Южный Казахстан) образовалось территориальное единство; именно в этом регионе заложена основа формирования антропологического типа, так называемого “раса среднеазиатского междуречья”, характерная для современных узбеков; образовалось хозяйственно-экономическое единство; этнокультурное единство и наконец произошла политическая консолидация разноязычного (согдоязычного и тюркоязычного) населения, в результате чего в конце эпохи сложилась кангарская народность (Шаниязов,1990,стр.5). Материальная и духовная культура кангарского народа представлена на примере каунчинской археологической культуры Ташкенского оазиса (Буряков, 1982, стр.70-80).

В первые века нашей эры носители каунчинской культуры проникают в Согд и древний Хорезм, скоро обе культурно-исторические области входят в состав Кангуйского государства. Начиная с IV века в Западном Согде формируется “Кызылкирская культура” с материальной и духовной традицией “каунчинской культуры”.

С проникновением в глубь Средней Азии тюркоязычных хионитов, кидаритов и эфталитов начинается третий этап этногенеза узбеков, а с вхождением региона в Тюркский Каганат завершился этот этап и под влиянием политической власти интенсивно шел процесс тюркизации ираноязычного (согдийцы и хорезмийцы) автохтонного населения. Процесс оседания тюркоязычных племен под влиянием местного оседлого населения имел постоянный характер. Причем этот процесс касался значительной трудовой части пришедших. Пришли и ушли лишь только знатная часть кочевников со своей личной гвардией, пастухами и слугами. Страна становится Туркестаном, именуемом по этническому составу основной массы населения.

В период господства арабов и саманидов (VIII-X), хотя и политическое лидерство ушло от тюрков, в пределах Моварауннахра и Хорезма интенсивно протекало сплошное оседание ранее пришедшего сюда тюркоязычного населения. К тому же, в этот период, на соседней территории, примыкающей с севера-востока к саманидскому государству, бурно развивалось Караханидское государство, как наследник Карлукского каганата. Значительная часть его населения, являющегося тюркоязычным, вела оседлый образ жизни и они жили в городах и селах, занимались как и согдийцы и хорезмийцы земледелием, многоотреслевым ремеслом и торговлей. На этих территориях уже к IX-X вв. сложилось единое этнокультурное пространство в основной массе с тюркоязычным оседлым населением. Это был четвертый этап этногенеза узбеков, когда основная масса этнообразующих факторов, необходимых для формирования этноса, к тому времени почти полностью сложились. Этот этап завершился политическим распадом саманидского государства и завоеванием его территории до Амударьи караханидами в первой декаде XI в. Проф. А.Ю.Якубовский справедливо отмечал, что по мере усиления тюркоязычного населения, особенно, после караханидского завоевания и падения государства саманидов, удельный вес тюркского сектора значительно увеличился (Якубовский, 1950, стр.10). В этот период тюркский этнос значительно преобладал над ираноязычным пластом населения. Теперь он составлял основную массу обитателей региона (Якубовский, 1941, стр. 8-9).

В середине XI века по мотивам споров политического управления государством Караханидов, страна распалась на две части. Западные области государства Караханидов с устоявшимися традициями управления экономикой и культурой резко отличались от системы управления кочевого мира. Здесь, между великими среднеазиатскими реками и древним Хорезмом основу хозяйственно-экономической жизни составляло орошаемое земледелие и ремесло с высокоразвитой культурной традицией, что способствовало консолидации этнического многообразия в составе Западного Караханидского государства, в результате чего на этой территории на основе карлукско-чигилского диалекта в XI-XII вв. формировался народный язык, впоследствии названный староузбекским, что означало окончательное завершение этногенеза узбекского народа. Связать начальный этап истории народа с появлением его имени, как делают сознательно некоторые паниранисты, не соответствует исторической действительности.

Основоположник научной концепции по этногенезу народов Средней Азии А.Ю.Якубовский, в свое время по данным письменных источников, начальный этап этногенеза узбеков относил к периоду Тюркского Каганата. Для тех времен, когда почти отсутствовали археологические и палеоантропологические материалы для комплексного исследования проблемы, то выдвижение такой концепции было допустимым. При этом он еще допускал и более раннее проникновение тюркоязычного населения в Среднюю Азию (Якубовский, 1950, стр.9). Известный последователь А.Ю.Якубовского по проблемам этногенеза и крупный специалист широкого диапазона по древнему Хорезму С.П.Толстов, начальный этап этногенеза узбеков относил к античному времени и считал, что Кангуйское государство является одним из ранних государственных образований с разноязычным населением. Эту идею развил и уточнил академик-этнолог К.Шаниязов (Шаниязов, 1990, стр.154-155).

В последние 30-35 лет в области археологических и антропологических исследований был получен по истине огромный фактический материал, расшифрованы иероглифы древнекитайских письменных источников, научный анализ которых позволяет прояснить многих вопросов, связанных с древнейшей и древней историей и культурой народов Центральной Азии. Пересмотр устоявшихся взглядов с учетом новых материалов позволило нам углубить начальный этап этногенеза узбеков до эпохи поздней бронзы, когда арийцы Великой степи начали проникать на юг через Средней Азии. Проникновение степняков в Среднюю Азию с того периода было постоянным и беспрерывным с мощной волной нескольких этапов, в результате чего ираноязычный Туран (Средняя Азия) скоро стал (в эпоху раннего средневековья) Туркестаном со значительным тюркоязычным населением, а в эпоху развитого средневековья окончательно утвердился наш край, как Великий Туркестан.

Таким образом, на территории Средней Азии тюркоязычное население проживает более 3,5 тысячи лет, они на ровне с согдийцами, хорезмийцами, бактрийцами и кочевыми сака-массагетскими племенами стали коренными жителями региона. Они в едином географическом регионе, именуемом Туркестаном, жили то бок о бок, то вместе в одних городах и селах, создавали высокую и поистине богатую культуру, поддерживали и помогали друг другу в борьбе против иноземных захватчиков. В этом едином регионе один за другим формировались два братского народа-таджиков и узбеков. То что было создано здесь за длительную историю до советского периода, вопреки ненаучного представления людей подобно Р.Масова, одинаково принадлежит обоим народам. Мы узбекские ученые так представляем древнейшую, древнюю и средневековую историю и культуру народов Средней Азии, не смотря на то, что особенно древняя и средневековая история народов региона столь сложна и переплетена друг с другом, что отнести их раздельно к одному и другому народу, практически не возможно.

Уважаемые читатели Интернета! Я на каждое ненаучное возражение Масова не стал отвечать в оскорбительном тоне. Поэтому, коротко и корректно говоря о сложной истории народов Средней Азии и этногенеза узбекского народа, считаю необходимом отметить, что приведенные вами, господин Масов доводы не отражают современный уровень науки.

Теперь несколько дружеских замечаний на ваши возражения:
1) Р.Масов почувствовав свою слабость по древней истории народов Средней Азии и вынужден писать, что “тюрки, пусть даже местные и те , которые после татаро-монгольского нашествия нахлынули с северо-востока Евразии, ни как не могут быть арийцами, по той простой причине, что сам этноним тюрк по В.В.Бартольду появился как название кочевого народа впервые в VI в. н.э.”. Слабое знание и отсутствие аналитического мышления у Масова и на сей раз подвели нашего оппонента. Хотя сам термин тюрк появился в Средней Азии в VI в. н.э., но тюркоязычные племена под этническим названиями “Хунну”, “Хиониты” появляются здесь намного раньше. Носители андроновской культуры эпохи бронзы согласно древнекитайских письменных источников, известных как кочевые племена “Ху”, “Ху рунг”, “Ди”, “Ди рунг” также считаются тюркоязычными.

2) Ведущие антропологи утверждают, что в сложении типа среднеазиатского междуречья, характерного для современных узбеков и равнинных таджиков значительную роль сыграли андроновские племена, которым характерна европеоидная раса с брахикранным вариантом ( Алексеев, 1979, стр.208-209; Ходжайов, 1980, стр.154). Приведенная Масовым характеристика физических типов по существующей антропологической классификации (первый тип-высокорослый, белокурый с голубыми глазами) больше всего относится к горным таджикам – закаспийскому типу, а второй тип с монголоидной внешностью – казахам и киргизам – южносибирскому типу. Тип узбеков сочетает в себя с брахицефальным черепом в основе протоевропеоидного и долихоцефальным черепом автохтонного европеоидного населения, в результате ассимиляции этих двух типов образовался новый тип – тип среднеазиатского междуречья, к которому относятся современные узбеки и равнинные таджики.

3) Масов пишет, что “тюрки проникшие в Среднюю Азию были самыми отсталыми среди остальных своих сородичей. Они не имели даже элементарного представления о человеческой бытовой культуре, устройстве домашнего очага, приготовления разнообразной пищи, шитье одежды, не говоря уже о культуре земледелия, градостроительства, ирригационных сооружений, садоводства”. Какая чушь! Голословное утверждение! Под этими фразами Масова таится шовинистическое убеждение автора. По культуре ряда отраслей ремесла, на пример, по горному делу, по ювелирному искусству, по металлообработке кочевые племена превосходили даже оседлые племена. Вспомните, хотя бы искусство звериного стиля.

4) Отсутствие элементарных знаний Масова по археологии хорошо продемонстрировано в его следующих бредовых фразах: “Постоянно кочевавшие на обширных степных просторах Сибири, Алтая, Монголии, они еще не были знакомы с конским снаряжением для верховой езды, с высокой культурой коневодства арийских племен”. Господин Масов если у вас нет времени для ознакомления с большой массы литературы, посвященной конской езде по обширному пространству Евразии, где впервые появляется коневодство, как новое направление кочевого скотоводства, хотя бы пролистайте статью Н.А Аванесевой “О культурной атрибуции колесного транспорта до исторической Бактрии”. помещенной в сборнике “История Узбекистана в археологических и письменных источниках”. Т.,2005 г.

5) Масов как бы ссылаясь на Т.Ковальского, приводит смехотворные выводы очередного панираниста некого Назарова, со ссылкой на его “труд” (“К истории происхождения и расселения племен и народов Центральной Азии”. Душанбе, 2004 г.), что “Туран героической эпохи едва может быть идентифицирован с тюрками, что казалось естественным во времена Фирдоуси, ибо древние персы почти не имели контактов с тюрками. Туран Фирдоуси в действительности – кочевники – индоевропейцы евразийских степей, от массагетов до эфталитов или хионитов…Поэтому, как указал Ковальский, тюрколог, который станет искать в “Шахнаме” сведения о древнейшей культуре тюрков, будет разочарован”. Из контекста видно, что Ковальский и Назаров далеки от понимания тюркоязычного происхождения эфталитов и хионитов. Не исключено, что Ковальский имел ввиду этноним тюрка. Что касается Фирдоуси, он имел в виду под термином Туран, именно его тюркоязычное население.

6) Представление Масова о расах исключительно расистское и фашистского духа, что отчетливо видно из контекста в его суждениях о расах. В науке выделение на расы основано лишь на цвете кожи людей. Это известно даже школьнику. Нация с белой кожей не свидетельствует о ее благородных, властных и аристократических качествах. Применение термина “арий”, как “вожак”, “господин”, “аристократ” применялся к состоятельным категориям, прослойки кочевников эпохи бронзы, периода раннего железа и античности, аристократическому слою племен, обладавшим экономическим преимуществом и политическим лидерством в обществе. Поэтому, целая нация не может быть арийским, тем более в наше время. Абсурдно и следующее самоуверенное утверждение Масова: “Мнение великих ученых-востоковедов должно напомнить тем, кто никак не хочет признавать давным-давно устоявшую концепцию, которая бесспорно, не подлежит пересмотру. По утверждению всех ученых с мировым именем именно таджики являются прямыми потомками арийцев на территории современной Средней Азии. Поэтому кому-либо еще вести спор с таджиками о приоритете, или, по меньшей мере, присоединять себя к арийцам-неразумно и беспочвенно”. Дорогой Масов именно ваша позиция и упорство во многом безпочвенны.

7) Невежество и неосведомленность в понимании сложных этногенетических процессов Р.Масова продемонстрировал и в следующих фразах: “Нам понятно стремление политического руководства Узбекистана и некоторых представителей интеллигенции соседней республики, которым очень хочется быть потомками древних туранцев, согдийцев, хорезмийцев, бактрийцев, но желаемое невозможно выдать за действительное, особенно в области истории и этногенеза народов”. Полнейший абсурд и открытое игнорирование этногенетических процессов! Далее, видимо, он вынужден был признавать факт того, что таджикский народ, пишет Масов, с узбеками и другими тюркоязычными народами “соседствуют в течении многих столетий, тысячелетий”. Ведь, совместное проживания предков, особенно узбеков и таджиков на единой территории в течении многих тысячелетий, конечно не прошло бесследно. Об этом он молчит.

8) Господин Масов для того, чтобы убедить читателей Интернета приводит давно устаревшие цитаты из работ то Семенова (“таджики …являются …потомками древнейших аборигенов, арийцев Азии”), то Андреева (“таджики являются народностью,….принадлежащей к арийской ветви …), то Бартольда (при открытии местного археологического кружка предложил его членам “изучить древнюю арийскую культуру края, уничтоженную варварами-тюрками и подлежащую восстановлению при господстве других арийцев-русских”) и тем самым показывает свою замкнутость и отсталость от развития научных знаний.
В заключении с большим сожалением отмечаю, что некомпетентными
людьми подобно Масову, безполезно вести научный спор.

Примечания:
1. Толстов С.П. По следам древнехорезмийской цивилизации. Москва,1948.
2. История таджикского народа. Том,1, Москва,1963.
3. Аскаров А. Памятники андроновской культуры в низовьях Зарафшана. ИМКУ, Ташкент, 1962.
4. Аскаров А. Степной компонент в оседлых комплексах Бактрии и вопросы его интерпретации. Сб. “Взаимодействие кочевых культур и древних цивилизаций”.Алма-Ата,1989.
5. Аскаров А. . Об исконной родине расселения древних тюрков. ИМКУ, вып. 32. Ташкенг, 2001.
6. Масон В.М. Древнеземледельческая культура Маргианы. МИА №73, М.1959.
7. Зубруева А.В. Древние культурные связы Средней Азии и Приуралья. ВДИ № 3, М.1946.
8. Ершов С.А. Археологическая коллекция с Келифского Узбоя . “Изв. Туркменского филиала АН СССР” Ашхабад,1951.
9. Буряков Ю.Ф. Генезис и этапы развития городской культуры Ташкентского оазиса. Т. 1982.
10. Шаниязов К.Ш. Канг давлати ва канглилар. Тошкент, 1990.
11. Якубовский А.Ю. К вопросу об этногенезе узбекского народа. Ташкент, 1941.
12. Якубовский А.Ю. Предисловие к “Историю народов Узбекистана”, том 1.Т.,1950.
13. Алексеев В.П. Историческая антропология. М.,1979.
14. Ходжайов Т.К. К палеоантропологии древнего Узбекистана. Т.,1980.
15. Шаниязов К.Ш. Ўзбек хал&*1179;ининг шаклланиш жараени.Тошкент, 2001. (Процесс формирования узбекского народа, Ташкент, 2001).

Академик А.Аскаров.
5.04.2006 г.
Источник – ЦентрАзия
Постоянный адрес статьи – http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1144357800

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s