А.Аскаров > Антинаучная позиция пан-ираниста (ответ на статью Р.Масова “Тюркизация арийцев”)

25.01.2006

http://www.centrasia.ru/newsA.php?st=1138149000

Ответ на отклик Р. Масова “Тюркизация арийцев: чушь или недомыслие?”

В прошлом году в научном сборнике “История Узбекистана в археологических и письменных источниках” (Издательство “ФАН”, Ташкент-2005 г.) была опубликована моя статья “Арийская проблема: новые подходы и взгляды”. На страницах интернета появился сугубо амбициозный, ненаучный и оскорбительный отклик господина Р.Масова на эту статью. Не вникая в сущность моей статьи и без научной аргументации Масов огульно настаивает, что вот мол А.Аскаров вопреки мировой общественности отрицает, что арийцы были индоевропейцами, язык которых является ираноязычным.


Уважаемые читатели, когда развитие науки тесно связано с сосуществованием различных мнений (плюрализм), то разве нельзя допустить иного взгляда на арийскую проблему? Конечно этот взгляд должен быть аргументирован фактами и логическими суждениями, вытекающими из многолетних научных исследований.

Видимо, уважаемый академик, директор Института истории Академии Таджикистана, идейный консультант Президентского аппарата Республики Таджикистан, господин Р.Масов не читал внимательно мою статью, которая подтверждает, что иранский язык для территории иранских возвышенностей является не чужим, а местным языком. Он также не заметил (или решил не замечать) и те фразы, касающиеся древнекитайских источников. Амбициозное отношение Р.Масова к мнениям других людей, вероятно позволяет ему оскорблять коллег, высказавшихся в разрез его убеждений, что обычно чуждо для ученых. К сожалению, Масов никогда не умел сохранять объективность и стать серьезным исследователем, о чем свидетельствуют не только тон и содержание его отклика на мою статью, но и его творения за годы независимости центрально-азиатских государств.

В постсоветский период он “создал” целый ряд надуманных “трудов” с многотысячными тиражами (История топорного разделения. Душанбе-1991 г.; Таджики: история с грифом “совершенно секретно”. Душанбе-1995 г.; Таджики: вытеснение и ассимиляции. Душанбе-2003 г.), в которых он открыто призывает к межнациональной вражде между народами Средней Азии, в первую очередь, между узбеками и таджиками.

В своей книге “Таджики: история с грифом “совершенно секретно” Масов с глубоким презрением констатирует, что “варвары-узбеки” живым поглотили бы таджикский народ, если бы не присутствие русского народа. Предисловие этой книги написал народный писатель Таджикистана Шерали Лайик, который с восхищением пишет, что “ознакомившись с содержанием книги открыл для себя новый мир”. Далее Лайик пишет, что “этот труд написан с терзаниями и муками. И важно, чтобы каждый мыслящий таджик, читая книгу, сердцем выстрадал и понял, кем мы были и чем мы стали, откуда и куда мы пришли, кто нас вытеснил в эту губительную пропасть”. Приводя следующую цитату средневекового персидского поэта – “нет у меня опасений от тюрков-стрелков, убивает меня коварство приносящих стрелы”, – Лайик не скрывает свою ненависть к узбекскому народу: “Спору нет, враг есть враг, узурпатор есть узурпатор, скорпион, несомненно, может ужалить. О пристрастии тюркских стрелков было известно со времен Саманидов. Очевидно, оно и сегодня. Но чем оправдать обман и уловки своих же стрела приносящих, т.е. отпрысков таджикской нации, которые (он имеет в виду представителей джадидской элиты в лице Ф.Ходжаева, А.Мухитдинова, А.Фитрат, А. Ходжибаев – А.А.) совершили столько тяжких и постыдных предательств по отношению к своему народу”.

В другой книге (“Таджики: вытеснение и ассимиляция”, Душанбе-2003 г.) господин Масов пошел дальше к проявлению своих паниранистских лозунгов по вопросам этногенеза узбекского народа и его существования на исторически сложившейся родине. Не осознавая опасность и вредность своих нелепых лозунгов и проявив научную ограниченность, Масов открыто пишет, что “Процесс физического вытеснения таджиков (дальше уже некуда: добрались почти до самых горных вершин!) сохраняется долгие годы, и может быть даже в течение всего XXI века продолжится рассеянное, в оторванности между собой, проживание таджикского народа, имевшее место на протяжении его длительной истории вплоть до наших дней. Более того, вне Таджикистане, на территории соседних государств – Узбекистана, Афганистана и Китайской Народной Республики – как продолжался, так и продолжается геноцид таджиков” (указанная книга, стр. 14); “Однако дискриминационная политика руководства Узбекистана по отношению к таджикскому населению этой республики продолжает сохраняться, принимая все более зловещий оттенок” (указанная книга, стр.18-19); “Практически для руководства Узбекистана всех времен таджиков словно не существовало. Таким образом, пантюркистскую идеологию по отношению к узбекскому населению республики заменил великодержавный узбекский шовинизм” (указанная книга, стр. 19.); “Считать, что современные территории нынешних народов Средней Азии и Казахстана являются их исторической прародиной, абсолютно недопустимо” (указанная книга, стр. 23); “В наши дни таджикского населения Узбекистана с каждым годом становится все меньше. И по-видимому, к середине XXI века таджики, как народ, полностью исчезнут, на территории нынешнего Узбекистана” (указанная работа, стр. 53); “Если руководители Узбекистана всех рангов и особенно его первые лица прекратят проводить политику “обузбечивания” таджиков…, то никаких конфликтов и чрезвычайных ситуаций, межнациональных обострений в регионе быть и не должно” (указанная книга, стр. 93). Эти лозунги и суждение сами за себя характеризуют подлинное лицо “корифея” науки. Что можно ожидать от человека, который занимается интригами вместо научного суждения?

Уважаемые читатели, судите сами: насколько было бы разумным тратить время на разоблачение не научности суждений Масова в каждой его книге через средства массовой информации, и тем самым ожесточать столь сложную в регионе геополитическую ситуацию? Однако, нынешние выпадки Масова требует от нас спокойно обуздать его наглость путем аргументирования своей позиции по проблемам арии.

Факт остается фактом, что на огромной территории евразийских степей в эпоху бронзы (во II тыс. до н.э.) расселились скотоводческие племена так называемой “андроновской культурной общности”, в результате социального расслоения которых сложилась арийцы, как аристократическая прослойка общества кочевых скотоводов. Если все арийцы были ираноязычными, принятыми лишь на основе гипотетической связи языка Авесты с языками современных европейских народов, то не остается в степной зоне место тюркскому этносу.

Поэтому полагали, что зона расселения тюркоязычных племен ограничивались в древности лишь Горным Алтаем, а вся периферийная зона, вплоть до Байкала, считалась заселенной ираноязычными племенами, что никак не отражает исторической действительности. Во-первых, речь идет о языке племен эпохи бронзы три с половиной тысячелетней давности Великой степи, простиравшейся до Нижней Волги на западе. Но ведь в этих областях с древнейших времен обитают тюркоязычные населения. Славяне на востоке достигали до Уральских хребтов, а на юге до уральской реки. Во-вторых, за эти районы славяне проникали лишь после образования русского государства. Это всем известно, даже школьному ученику. В-третьих, допустим, что племена Южного Зауралья – родина арийцев в эпоху бронзы были славянскими, то почему тогда потомки славян не оказались носителями восточноиранских языков? При отсутствии письменных данных предположительно можно отнести всех степняков от Средней Азии до Байкала к ираноязычным племенам, как это делали в советском периоде исторические лингвисты и вслед за ними и академик Р.Масов.

Последние 30-40 лет китайские историки совместно с японскими историками по изучению древнекитайских письменных памятников выяснили много новых фактов, благодаря полной публикации материалов по истории Китая, в том числе по истории скотоводческих племен, обитавших в северных и северо-западных границах царства Северного Китая “Шя”. Во дворце этого царства работали дворцовые летописцы по имени “Ши”, которые регулярно записывали историю царства и при этом сообщали сведения и о соседях. Ши, в свое время, писали и о гуннах.

Основываясь на древнекитайских источниках, в исторической науке с советских времен принято считать, что гунны являются тюркоязычными племенами. Известный тюрколог Л.Н.Гумилев в своей монографии “Гунну” подтверждает, что в китайских источниках гунны как этнос впервые упоминаются в 1764 г. до н.э., потом еще 822 и 304 гг. до н.э. (Гумилев, 1969, стр. 23). По сообщению китаеведа проф. А. Ходжаева со ссылкой на 24-томную историю Китая (“Эрши си ши”), термин “тюрк” в разных вариантах встречается в китайских иероглифах (транскрипциях), начиная с 2205 года до н.э. (Ходжаев, 2003, стр.178). Например, отряды северной провинции царства “Шя” (2205-1766 гг. до н.э.) напали на племя “туфанг, гуйфанг, куюнг, которые обитали на западной и северо-западной границе Китая” (Дуан Лянчин, том 1, стр.124). Племя гуйфанг при северных царствах “ШЯ” (2205-1766 гг. до н.э.), “Шонг” (1766-1122 гг. до н.э.) и “Чжоу” (1122-771 гг. до н.э.) – это и есть динглинг (Дуан Лянчин, том 1, стр.115). Известный китайский историк Люй Симян пишет, что “ранее названное динлин или динглинг – позднее именовались как чилэ или теле. Сейчас мы их называем “уйгур”, а на западе их называют “тюрк”. На самом деле тюрк и уйгур были в составе племенного союза динглинг” (Люй Симян, 1987, стр.87). “Во время царства “Шя” племена теле и хунну вошли в состав племенного союза “Шюнгну” или “Ху” (гунн). Термины “туфанг” и “ди” являются самыми ранними этнонимами в китайских источниках” (Ходжаев, 2003, стр. 179). В “Исторических записках” Сыма Цяна, основанных на данных древнекитайских источников, написанных на камне, кости и китайском тростнике, начиная с 2205 года до н.э. сказано, что на западной и северо-западной границе Северного царства “Шя” проживают народы “Ху” или “Хулу” (Бичурин, 1950, стр.40). По мнению китаеведа профессора А.Ходжаева, позднее в китайских источниках этноним “ху ” назван “дунгху”. Этот термин через русскую литературу вошел в наш язык как этноним “тунгус”. Западное крыло “ху” делится на два племени, т.е. на “рунг” и “ди”. Последний, в свою очередь делится на красный ди (чи ди), большой ди (жонг ди) и белый ди (бай ди). Племя “Рунг” также делится на западный рунг (ши рунг), горный рунг (шан рунг) и лесной рунг (линг рунг). Во второй части “Антологии гуннов” история династии Хан написано, что “на юге существует “Великий Хан”, на севере его имеется сильный “Ху”, т.е. Хунну. Историк Восточного Хана Чженг Шюан писал, что “Ху – настоящие сюнну, т.е. Хунну” (Большой словарь китайских иероглифов. Том, 3, 1987, стр. 2057).

Таким образом, согласно записям “Ши” на северо-западной границе царства Северного Китая “ШЯ” во второй половине III и на протяжении II тыс. до н.э. под названиями ху, ди, хунну и тиек жили скотоводческие племена. Именно в эти периоды на огромной территории Южной Сибири обитали племена андроновской культуры, носители которой распространились с запада Казахстана вплоть до северо-восточного региона Уральских хребтов.

Известный археолог С. В. Киселев особо подчеркивает, что памятники андроновской культуры, распространенные в XVIII столетии до н.э. в Минусинском котловине и в бассейнах Енисея во многим были близки к срубной культуре степей Нижней Волги, Донецка и Дона (Киселев, 1950, стр. 100). Районы широкого распространения их простирались от степей Нижней Волги до Монголии, с северо-востока Уральских хребтов вплоть до Средней Азии.

Сопоставительный анализ сообщений древнекитайских источников с районами распространения племен андроновской культурной общности территориально соответствуют к районам расселения этнонимов ху, ди, гуйфанг, туфанг, рунг, хунн, чилэ, тиек и других тюркоязычных племен, которые безусловно явились носителями андроновской культурной общности. Общеизвестно, что из носителей андроновской культуры во II тыс. до н.э. вышли арийцы, что признаны не только археологами, но и со всеми известными специалистами исторической лингвистики. Следовательно, концепция об ираноязычности племен евразийских степей всего лишь гипотеза, и она была выработана в угоду теории “европацентризма”.

>В действительности, под арийской гипотезой скрывается политический аспект теории “европацентризма”, согласно которому европейские страны получают “законное право” на порабощение азиатских и африканских народов. Расистская черта “европацентризма”, была раскритикована советской наукой. Однако в свое время колониальная сущность этой теории осталась в тени. Об этом и о многих других взглядах, концепциях и суждениях обширно дается в моей статье, раскритикованном Р.Масовым, полный текст которой предложен на суть читателей Интернета 24 января 2006 года.

На самом деле, пришлые арийцы, по нашему убеждению, не могли изменить язык местного населения ни в Индии, ни в Иране. Наоборот, языки пришлых колонизаторов, в конечном счете, были поглощены языками автохтонных племен, то есть языком дарий – древнеиранским, а Масов опираясь на традиционные взгляды, вошел в полемику с утверждением, что арийцы были ираноязычными и их язык стал языком современных ираноязычных народов. Видимо, Масову еще не понятно то, что если бы арийцы пришли в возвышенности Ирана, в котором не было бы никаких племен и народов, или колонизаторы истребили до единого жителей этих местностей, то тогда язык пришлых народов продолжал бы функционировать на новом месте. Однако, ни того, ни другого здесь не происходило.

Мои научные аргументы, основанные на фактах, Масов пытается представить надуманной ахинеей, созданной в угоду желаниям политического руководства Узбекистана представить нынешних тюркоязычных узбеков древнейшим населением Средней Азии. К сожалению Масова, хочу его огорчить, что это не пожелания политического руководства Узбекистана, а результат многолетних исследований, связанных с этногенезом узбекского народа. Будучи летописцем советской эпохи, Масов имеет сумбурное представление об археологической науке, особенно по истории степных племен эпохи бронзы андроновской культурной общности, среднеазиатский вариант которой в Древнем Хорезме носит название “тазабагябская культура”, а в Таджикистане – “кайраккумская”. Кстати, с носителями этих культур связывают в науке проникновение арийцев в Среднюю Азию и дальше до Ирана и Северной Индии. Масов высокомерным тоном бросил тень на имя узбекского согдиолога М.Исхакова, который по мнению многих известных специалистов, прекрасно разбирается в иранистике и позиция которого основана на фактах. При этом, М.Исхаков не отрицает в исследованных им регионах бесспорного наличия ираноязычных письменных памятников.

Неумение (или нежелание) Масова мыслить научными категориями создало у него неверное впечатление о том, что моя статья причисляет всех кочевников к тюркоязычным народам. В этом плане ученым еще предстоит провести долгие и целенаправленные исследования. Бесспорно, что все кочевые племена Средней Азии и прилегающих к ней территорий, по данным специалистов исторической лингвистики, говорили на восточных диалектах иранских языков. Далекие предки согдийцев, хоразмийцев и других оседлых народов региона были именно авестийские туры. Никто не собирается оспаривать этот факт. Однако, кочевые племена жили не только в Средней Азии, но и на огромных просторах степей Евразии, о чем мы хорошо знаем, как по данным археологических исследований, так и по древнекитайским источникам. По свидетельству китайских ученых, скотоводческие племена, обитавшие к северо-западу от границы царства Северного “Шя”, были тюркоязычными, материальная культура которых локализируется носителями андроновской культурной общности. Племена с материальной культурой, совершенно идентичной с культурой этих скотоводческих племен, появляются и в пределах Средней Азии с эпохи бронзы (II до н.э.). Скорее всего подвижные кочевые племена, с целью поиски пастбищ для скота и или другой исторической необходимостью, не раз побывали на территории Средней Азии. Не исключено, что носители тазабагъябской и кайрак-кумской культур явились тюркоязычными первопроходцами. Вслед за ними, на протяжении тысячелетий последовал постоянный, непрерывный приток тюркоязычного населения с разными родоплеменными названиями, значительная часть которых оседали в этом регионе. Именно с этого времени начинается этногенез узбекского народа, который как народ сложился на основе длительной ассимиляции автохтонных ираноязычных согдийцев, хоразмийцев и других оседлых аборигенов с тюркоязычным этническим пластом.

Если исходить из анализа археологических источников, арийцы – это состоятельная прослойка кочевников лишь на ранней стадии своего существования, причем по последним данным археологических исследований они явились представителями южно-уральского происхождения. На ранних этапах развития они проникали в общество оседлых земледельцев, о чем свидетельствуют следы их пребывания в памятниках раннегородской культуры Сапаллитепа и Намазга VI. Первый поток их прихода (это произошло в середине II тыс. до н.э.) не привел к существенным изменениям традиционного образа жизни местного населения. Кочевники-арийцы на первом этапе проникновения на юг заселялись только на места, не занятые автохтонным населением. Видимо, кочевники-арийцы и автохтонное население мирно сосуществовали, имея в первую очередь, связи экономического характера. Второй мощный поток их прихода (это произошло в конце II и нач. I тыс. до н.э.) оставил заметный след и привел к образованию новой культуры племен лепной расписной керамики эпохи поздней бронзы и раннего железа (Чуст, Коктепа, Кучуктепа, Кызылтепа, Тиллатепа, Яздепа и т.д.). В областях распространения древневосточной цивилизации, мощный материальный и духовный потенциал последней, примерно начиная с VIII-VII вв. до н.э., заново привел к возрождению раннегородской цивилизации со сложной кастовой религиозно-социальной системой управления в центральных и южных областях Средней Азии, а пришлые, воинственные по натуре арийцы, постепенно овладевали властью над местными общинами. Приведенные выше данные и их научная интерпретация никак не подтверждает существующей гипотезы, что “арии – это восточная ветвь индоевропейцев, которые расселялись в степях России, Казахстана и в Южном Приуралье”.

Масов старается жонглировать археологическими фразами и пишет, что “арийцы занимались оседлым скотоводством”; арийцы пришли в результате “очередного усыхания климата и опустынивания степной зоны”; этот исторический процесс происходил “в поисках новых пастбищ для крупного… рогатого скота вынуждены были расселяться в зону древнейших земледельцев Евразии”. Видимо, Масову не известно, что история скотоводства степных племен Евразии делится на четыре этапа: “пастушеское” (оседлое), для которого характерно наличие крупного рогатого скота, этот этап хронологически относится к эпоху неолита и раннего энеолита; “яйлажное”, для которого характерно наличие крупного и мелкого рогатого скота, этот этап хронологически относится к эпоху энеолита и ранней бронзы; “полукочевое”, для которого характерно в основном наличие мелкого рогатого скота, этот этап хронологически относится к эпоху развитой бронзы; и наконец “кочевое скотоводство”, для которого характерно наличие исключительно мелкого рогатого скота и коневодства, этот этап хронологически относится к эпоху поздней бронзы и раннего железа.

Во-первых, арийцы – социальная прослойка периода кочевого скотоводства; они появились лишь с утверждением в хозяйстве степных племен коневодства. Во-вторых, миграция арийцев на юг во II тыс. до н.э. не была результатом “очередного усыхания климата и опустынивания степей Евразии”. На мой взгляд, другая, более выгодная для воинственных арийцев причина интриговала арийцев, а именно: мирный менталитет оседлого населения, богатые края с высокоразвитой цивилизацией, также и поиски новых пастбищ для скота. В-третьих, территории Средней Азии, Ирана и Северной Индии не являются “зоной древнейших земледельцев Евразии”. Все это указывает на недостаточную осведомленность Масова об исторических процессах, изучаемые с помощью археологических источников.

Наконец Р. Масов высказал, что таджики – это истинные арии, среди сорока народов, которые считают себя принадлежавшим к арийцам! При этом он ассоциирует этнос арийцев со знаком свастики. Какая нелепость! Если вспомнить, что в 30-х годах прошлого столетия Гитлер пришел к власти со знаком свастики как истинный ариец. Знак свастики имеет глубокую историю, начиная с эпохи энеолита. Древнеземледельческие племена Южного Туркменистана той эпохи использовали знак свастики в качестве украшений своих керамических сосудов. На самом деле свастика означает вечное движение, жизнь человека в движении и ее никак нельзя связывать с этносом.

В одном из коллоквиумов о древних городах Средней Азии французский ученый Ж. Фюсман сделал доклад об известной рабатакской надписи по расшифровкам Крибби и Симс-Вильямса. В надписи речь идет о строительстве и вводе в действие царского храма Рабатак на территории Южной Бактрии. Третья строка рабатакской надписи по интерпретации Крибби звучит так: кушанский царь Канишка отменил греческий язык, тогда как заменил его арийским. Согласно интерпретации Симс-Вильямса, предпочтение которой отдает и Ж. Фюсман, Канишка решительно устранил греческий язык в пользу бактрийского. Интерпретация третьей строки рабатакской надписи Криббом воспринимается таджикскими коллегами как дополнительное доказательство о сложении и существовании в этот период персидско-таджикского языка, также и об этнической принадлежности Канишки к таджикам. Перевод и интерпретация всемирно признанного ученым миром знатока древних иранских языков Симс-Вильямса не укладываются в рамки “теории” Масова.

Если исходит из научно-логического суждения этого факта, то царь Канишка намекает, что он арийского происхождения, то есть он хозяин, аристократ, господин. На самом деле, когда арийцы пришли на юг, то для местного населения они были чужими, иноземцами, завоевателями, когда они брали в свои руки бразды управления над местным населением, и потом они стали хозяевами, господами, царями. С такой интерпретацией можно объяснить и слова ахеменидских царей, которые также себя считали истинными арийцами. К моменту царства Кира II и Доро I представители ахеменидской династии давно потеряли свой родной язык и стали ираноязычными. Здесь следует отменить, что первая волна арийцев не дошла до Южного Ирана. Видимо, ареал этой волны ограничивался среднеазиатским пространством, но вторая волна (конец II и нач. I тыс. до н.э.) достигла до Гиндикуша. Появление арийского вождя Ахемена на юге Ирана приходится в этот период.

Утверждение о том, что тюрки появились в Средней Азии со времен Тюркского каганата не соответствует историко-археологической действительности. Известный востоковед и археолог А.Ю.Якубовский еще при отсутствии достаточных археологических материалов допускает присутствие тюркоязычных племен в Средней Азии еще до господства тюркского каганата (Якубовский, 1950, 9). Тюркский каганат значительную роль сыграл в политической жизни народов Средней Азии и заложил основу сложения здесь тюрко-согдийского этнокультурного пространства. С этого времени значительная часть региона начала называться Туркестаном.

Досадно, что Р.Масов, не зная в этногенетическом плане сложную историю древних и средневековых периодов Средней Азии, с позиции дилетанта рассуждает об этногенезе узбекского народа и связывает сложение узбекского народа с его титульным названием. Он и его сподвижник А. Ильхамов (Этнический атлас Узбекистана. Истанбул-2002, стр.270-290), вслед за зарубежным духовным учителем, носителем тенденциозного взгляда Ю.Брегелем, подливают масла в огонь. Их интерпретации по вопросу этногенеза узбекского народа не соответствуют исторической действительности. В свое время крупный востоковед и известный археолог А.Ю.Якубовский выработал единственно правильную научную концепцию, согласно которой узбекский народ на свой исторической родине сложился в XI в. при Караханидах. Выражение Р.Масова о том, что А.Ю.Якубовский “из-за политических соображений, относил начало этногенеза узбеков к древним тюркам” чистая выдумка и клевета на корифея науки со стороны Р.Масова. Научная концепция А.Ю.Якубовского принята большинством ученых, таких как С.П.Толстовым, Л.В. Ошанином, Я.Г. Гулямовым, Б.Г.Гафуровым и целой плеядой крупных ученых, которые выработали теоретические аспекты и методологические основы этногенетических исследований в Средней Азии. Историк современности Р. Масов со ссылкой на неизвестного в науке А.Ильхамова нагло искажает подлинную историю этногенеза узбекского народа, и это является абсолютно недопустимым поведением для ученого человека.

Стремление политического руководства Таджикистана, опирающегося на паниранистские взгляды таких людей как Масов, отметить 2006 год как год арийской цивилизации не имеет под собой никакого научного обоснования. В реальности этнос под названием арии не существовал. Ариями именовались лишь состоятельная прослойка кочевых скотоводов. Выделение такой социальной прослойки происходило на раннем этапе кочевников. Они были социально рангом выше среди своих соплеменников, вели свободной образ жизни, считали долгом властвовать над другими с целью материального обогащения. Поэтому они названы в Авесте “арьями, азадами”, а страна – Арьянам Вейджах; завоеванная им страна – Ариана, то есть Иран.

Таким образом, реакция Р. Масова на мою статью является примером антинаучной позиции злобного панираниста, в которой видна подтасовка и искажение исторических процессов. Своим подходом Масов стремиться любой ценой “обосновать” таджиков как нацию арийского происхождения и призывает таджиков – “арииев” – любым путем добиваться власти над тюркоязычным – узбекским – народом, проживающим на своей исторической родине. Такое поведение недостойно человека науки. И наконец, со всей ответственности заявляю, что в своей статье я даже не намекал об арийском происхождения современных узбеков. Это явно выдумка панираниста Р.Масова.

Примечания:
1. Р.Масов. Тюркизация арийцев: чушь или недомыслие? Ответ на статью А.Аскарова ” Арийская проблема: новые подходы и взгляды.” 18:43 06.01.2006.
2. Гумилев Л.Н. Хунну. Срединная Азия в древние времена. Москва-1969.
3. Ходжаев А. Кадимги Хитой манбаларидаги туркий халкларга оид айрим этнонимлар. “Ўзбекистон ўрта асрларда: тарих ва маданият”, Тошкент-2003.
4. Дуан Лянчин. Динглинглар, кангкилар ва туролар. Том 1, Уримчи-1996.
5. Люй Симян. Чжунгтуо минзу ши (ХХР халклари тарихи). Шанхай 1987.
6. Бичурин Н.Я.(Иокинф). Собраний сведений о народах, обитавших в Средней Азии в древние времена. Том 1, М-Л. 1950.
7. Киселев С. В. Древняя история Южной Сибири. Москва-1951.
8. Якубовский А.Ю. Ўзбек халкининг юзага келиши масаласи хакида. Тошкент-1941.
9. Этнографический атлас Узбекистана. Истанбул-2002.
10. А.Аскаров Арийская проблема: новые подходы и взгляды. Сборник “История Узбекистана в археологических и письменных источниках”. Ташкент-2005.
11. История народов Узбекистана, том 1. Ташкент-1950.

А. Аскаров – академик АН Узбекистана.
24 январь 2006 г.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s