Народы Узбекистана: Таджики

http://mg.uz/print/publish/doc/text56139_narody_uzbekistana_tadjiki
Самоназвание: тожик. Один из коренных народов Центральной Азии. Язык: фарси, называемый в настоящее время таджикским. Верующие: в основном мусульмане суннитского толка, за исключением таджиков Горного Бадахшана, принадлежащих к исмаилитской ветви шиизма.


Таджики в Узбекистане:

1926 г. 967 728

1939 г. 317 560

1959 г. 311 366

1979 г. 594 627

1989 г. 933 560

2000 г. 1 165 713

ДИНАМИКА ЧИСЛЕННОСТИ

Основная часть таджиков проживает в четырех государствах: Таджикистане (3600 тыс. чел. по данным на середину 90-х гг.), Узбекистане (1165,7 тыс. чел. по данным 2000 г.) и Афганистане (3700 тыс. чел. по оценочным данным), а также в Восточном Китае (40 тыс. чел. по оценочным данным).

В Узбекистане численность таджиков и, соответственно, их доля в общем составе населения менялись кардинально дважды. Первый раз перепись населения 1939 г. зафиксировала резкое падение их численности (с 18 до 5,1%), что было связано с выделением Таджикской АССР из состава Узбекской ССР в 1929 г. и образованием на ее базе союзной республики.

Второй раз заметное изменение численности таджиков произошло в 1989 г.- на этот раз их доля возросла с 3,9 до 4,7%, по сравнению с 1979 г.

Причиной роста числа таджиков, помимо их высокой рождаемости (естественный прирост 3% ежегодно), стало разрешение записывать во время переписи национальную принадлежность не по паспорту, а по свободному волеизъявлению и самоидентификации, а также миграция из Таджикистана. Особенно заметным было изменение численности таджиков в Самаркандской области – с 1979 по 1989 г. она возросла в 2,4 раза, причем в сельской местности – в 7,9 раза. Аналогичная картина наблюдалась в Бухарской области, где численность таджиков за указанный период выросла в 2,6 раза, на этот раз примерно в одинаковой степени в городской (в 2,3 раза) и сельской местности (в 2,7 раза).

Пятая часть таджиков Узбекистана сосредоточена в Сурхандарьинской, а еще одна пятая – в Самаркандской областях. Далее, с точки зрения сосредоточения таджиков, следуют Наманганская, Ферганская, Кашкадарьинская и Ташкентская области, и только потом

Бухарская и все остальные. Примерно в такой последовательности области выстраиваются с точки зрения доли таджиков в составе их совокупного населения.

Таджики в Узбекистане урбанизированы примерно в той же степени, что и узбеки: в 1989 г. – 31% проживал в городе (32% – у узбеков), 69% в сельской местности (68% – у узбеков). Это в значительной степени отличается от ситуации в XIX столетии, когда таджики, в отличие от узбеков, наряду с сартами составляли основное население городов: если таджики преобладали в Самарканде и Бухаре, то сарты – в Хиве, Ташкенте и городах Ферганской долины.

Официально признанная численность таджиков оспаривается некоторыми исследователями, утверждающими, что их значительно больше, чем зафиксировано переписями населения. При этом ссылаются на тот факт, что в Самарканде и Бухаре большинство населения (или, по крайней мере, больше, чем числится там таджиков) используют дома таджикский язык.

Если считать критерий языка главным при определении национальной идентичности, то с этими исследователями можно согласиться. Если же главный критерий этническая самоидентификация, то данные переписи следует считать более или менее точными, ведь, как сказано выше, в 1989 г. было дано разрешение указывать национальность по волеизъявлению информантов. Вопрос национальной идентичности таджикоговорящих узбеков достаточно сложен и не получил своего разрешения какими бы то ни было данными эмпирических исследований.

ИСТОРИЧЕСКАЯ СПРАВКА

Таджики представляют собой один из наиболее древних коренных народов Средней Азии. Об истории таджиков написано множество трудов, часть из которых подвержена эффекту определенной мифологизации, что особенно заметно в трудах советского и постсоветского периодов. Поэтому мы обращаемся к тем источникам, непредвзятость и авторитетность которых не вызывает сомнений. В этой связи приводим статью В. Бартольда, написанную им для Энциклопедии ислама:

Таджик, более ранняя форма тдзьк или тджик (у Махмуда Кашгарского I, 324: тежик) название народа, первоначально в значении араб (позже это значение сохранила только форма тдзь), позднее в значении иранец в противоположность тюрку. Слово это образовано из названия арабского племени тай. Среди арабских племен, тай были ближайшими соседями иранцев, поэтому имя этого племени было перенесено на весь арабский народ. Тай – уже в начале II века, наряду с саракенами, названы одним уроженцем Эдессы, как представители всех бедуинов. Слову таджик в значении араб соответствует в пехлеви тдчьк в армянском тачик, в китайском даши. По-видимому, и в Средней Азии иранское население называло так завоевателей-мусульман; ввиду того что, по воззрениям той эпохи, всякий иранец, принявший ислам, становился арабом, это слово пришло к тюркам в значении мусульманин, муж из области распространения мусульманской культуры; а так как большинство известных тюркам мусульман были иранцы, то слово теджик получило в тюркском, как название народа, значение иранцы. Махмуд Кашгарский объясняет слово тежик как пeрc (ал-фдрись); также и в относящемся к тому же времени Кутадгу билик теджики отличаются от арабов как персы. Сами иранцы, противополагая себя тюркским правителям, в то время также уже именовали себя тдзьк. Особенно часто подчеркивается противоположность между тюрком и таджиком; так, утверждали, что как дружественные, так и родственные связи между тюрком и таджиком всегда оканчивались плохо и что таджик никогда не может полагаться на тюрка. Об отношении слова таджик к слову сарт. В употреблении обоих этих слов выступает на первый план значение иранцев как торгового народа. Слово сарт появляется в тюркском вначале как имя нарицательное со значением купец и позднее становится именем народа иранцев, рассматриваемых преимущественно как торговый народ; имя же народа тдджьк (тезик), наоборот, позднее, по крайней мере у волжских татар, употреблялось как нарицательное со значением купец. Согласно одному из первоисточников по истории завоевания Казани русскими в 1552 г. (отчет князя Курбского), цитадель Казани окружал ров тезиков (тезицкий, или тешицкий ров), причем слово тезик объясняется как купец.

В наше время таджиками иногда называют восточных иранцев в противоположность собственно персам; в качестве западной границы расселения таджиков приводится линия между Астрабадом и Йездом. В Туркестане, особенно в эпоху господства узбеков, таджики постепенно были вытеснены с равнины в горные области. Русские объединяют под именем таджик все иранские народности Туркестана как собственно таджиков, т. е. население, говорящее на тдджькь , так и занимающие в языковом отношении особое положение горные народы по реке Пяндж и в верхнем течении Зерафшана. Исходя из этого значения, в 1924 г. была создана автономная республика Таджикистан со столицей Дюшамбе (в верхнем течении Кафирнигана). По переписи населения того же года, численность таджиков составляла 871532 человека. Само население по-разному употребляет слово таджик. Жители некоторых горных областей, как, например, Шугнана и Рошана, сами себя именуют таджиками, зато своих соседей в дарвазе, говорящих на тдджькь называют говорящие по-персидски (пьрсь гяй); в противоположность этому жители верхнего течения Зеравшана, говорящие на одном из персидских диалектов, сами называют себя таджиками, а жителей долины реки Ягноб, говорящих на своеобразном диалекте, называют гальча; упомянутое население, кажется, и само отличает свой ягноби от таджикского языка.

Ранее часто встречавшееся утверждение о происхождении названия народа таджик от головного убора тддж следует безоговорочно отвергнуть, как по лингвистическим, так и по историческим причинам.

ИДЕНТИЧНОСТЬ

Таджики Узбекистана представляют собой специфический случай в этнической картине этой страны. Имеется большое количество лиц, которые используют дома таджикский язык, но официально не признаны, да и сами не рассматривают себя в качестве таджиков. Две версии преобладают в описании этого феномена. Первая указывает на недостаток этнического самосознания таджиков Узбекистана, несмотря на тот факт, что язык отличает их от окружающих этнических групп. Приверженцы другой версии ссылаются на восемьдесят лет узбекизации, поддерживаемой Советами, а ныне существующим независимым узбекским государством.

Тот факт, что часть таджикоговорящих жителей Узбекистана все же считают себя узбеками, сам по себе свидетельствует как о прагматическом отношении к вопросу своей идентичности, так и о действительно слабом этнокультурном самосознании. Первое кажется более вероятным, так как на самом деле статус титульной нации сулит гораздо больше выгод, чем статус этнического меньшинства, хотя обе причины, безусловно, связаны друг с другом.

Что касается узбекизации, то ее следует рассматривать в контексте более длительного процесса тюркизации персоязычных народов Центральной Азии, который происходил на протяжении последних четырнадцати-пятнадцати столетий и приобрел ускорение во второй половине XIX столетия. Выгодность статуса тюркских народов перед статусом таджиков диктовалась не только военно-политическим господством первых, но и использованием языка тюрки как наиболее доступного из местных языков для русской администрации и колонистов. Об этом влиянии русского присутствия в регионе на процесс тюркизации писал В. Бартольд в историческом очерке Таджики: Академик Радлов в 1868 г. слышал на улицах Самарканда почти исключительно персидскую речь; при мне (например, в 1904 г.) там гораздо больше говорили по-турецки, чем по-персидски. На этом языке легче, чем на персидском, можно было объясняться с русскими властями, так как привели с собой переводчиков из татар и киргизов (имеются в виду казахи. Ред.).

Процесс контртюркизации начался только после того, как была создана Таджикская АССР, особенно с выделением ее из состава Узбекистана в качестве союзной республики. С этого момента руководители и элита Таджикистана, как, впрочем, и в остальных национальных республиках СССР, включилась в процесс конструирования своей национальной истории и идентичности. Начались поиски золотого века в истории таджиков, и в этой связи внимание было обращено на Согдиану как прародину современных таджиков.

Таджики, особенно интеллектуалы среди них, часто подчеркивают престижность статуса таджиков как древнейшей этнической группы в регионе, прослеживая свое происхождение к дотюркским и доисламским временам, к эпохе Согда и Кушан, население которых было ираноязычным. В последние годы особо подчеркивается наследие Саманидов в этногенезе таджиков.

Следует признать, что таджики являются наиболее многочисленной ираноязычной группой в регионе. Однако, с лингвистической точки зрения, они не могут быть признаны потомками Согда. Жители Согда использовали восточноиранские диалекты, в то время как таджики говорят на западноиранском наречии, очень близком к персидскому государственному языку современного Ирана. Не случайно В. Бартольд указывает, что во времена проникновения ислама в регион слово таджик воспринималось местным населением как синоним слова араб или мусульманин.

Говоря о современном статусе таджиков и таджикского языка, будем ссылаться на полевое исследование, которые мы провели в некоторых селах Бухарской области и Ферганской долины. Бухара и Самарканд известны тесным переплетением судеб таджиков и узбеков, их взаимной ассимиляцией. Официально в Бухарской области числится около 52 тыс. таджиков.

Однако некоторые местные историки и этнографы считают, что их гораздо больше, по крайней мере, в Бухаре. Конечно, они оперируют тем же языковым критерием, о котором мы говорили выше. Наиболее заметно преобладание таджиков в Бухаре, где даже водители автобусов обычно объявляют остановки на таджикском языке. Очевидно, что в пределах города таджикский является преобладающим языком общения между горожанами. В то же время, как и в прошлом, администрация области состоит в основном из узбеков.

В сельской местности ситуация немного отличается. Имеется несколько районов, где преобладают таджикоязычные. Это, как правило, северная часть Бухарского оазиса Гиждуван, Вабкент, Янги-Базар и Ромитан. В других районах они уступают по численности узбекам.

Если говорить о Самарканде, то следует заметить, что здесь влияние таджикского элемента менее заметно, чем в Бухаре. В Самарканде значительно число, наряду с узбеками и таджиками, также русских, армян, крымских татар и др. Особенно велико присутствие таджиков и таджикоязычных в сельских районах Самаркандской области.

Иная ситуация в Кашкадарье и Сурхандарье. Здесь таджики концентрируются не в центре оазиса, а на его окраинах, ближе к горным массивам, особенно в восточной части Китабского, Шахрисабзского районов, в Кашкадарье и в северной части Байсунского района Сурхандарьи.

По-иному расселены таджики в Ферганской области. Здесь они концентрируются в селах, но не настолько оттеснены к окраинам оазиса, как в двух областях, упоминавшихся ранее. В то же время, таджикские и узбекские села не примыкают друг к другу, образуя кластеры, как в Бухарской области. Скорее всего, таджикские села в Ферганской области выглядят островами в узбекском окружении и, следовательно, не соприкасаются друг с другом, как в других частях страны.

Эти три типа поселений таджиков, несомненно, наложили свой отпечаток на идентичность таджиков в Узбекистане. Следовательно, можно говорить, по крайней мере, о трех типах идентичности таджиков в этой стране, и, возможно, о трех наречиях таджикского языка. Если сравнивать таджикский, на котором говорят в Самарканде и Бухаре, с таджикским, употребляемым в Таджикистане, то между ними имеются очевидные различия. Имели место случаи, когда переводы на таджикский, сделанные в Самарканде, не были поняты в соседней республике. Очевидно, различия

между наречиями таджикского языка обусловлены разной степенью его тюркизации: чем сильнее узбекское окружение, тем более явно наличие тюркских элементов в таджикском языке. Но следует учитывать и то, что

сам узбекский язык, если не говорить о его канонизированном варианте, не вполне однороден: в нем имеется ряд наречий, связанных, в частности, с разной степенью влияния со стороны таджикского языка, в Бухаре и Самарканде влияние в большей степени, в Кашкадарье и Фергане – в меньшей.

Стоит немного остановиться на узбеко-таджикском взаимопереплетении и взаимовлиянии. Как мы сказали выше, этот феномен особенно заметен в Бухаре. Здесь многие села в их первоначальном развитии были моноэтническими, однако в последние десятилетия стали этнически смешанными из-за миграции населения и нехватки земельных ресурсов.

В противоположность отмеченному взаимоотчуждению узбеков и таджиков, имевшему место в XIX в. и отмеченному В. Бартольдом, в последние десятилетия браки между узбеками и таджиками приобрели большое распространение, что было вызвано значительной социально-культурной унификацией и тех и других: в образе жизни, обычаях, уровне культуры почти не осталось былого различия.

Как следствие, здесь распространено двуязычие не только таджики говорят на узбекском, но и многие узбеки понимают и могут общаться на таджикском, особенно там, где таджики и узбеки живут в одной местности. Отсюда в ряде случаев проистекает неопределенность этнической самоидентификации, которая скорее двуедина, чем жестко ориентирована на одну из двух национальностей. Многие таджики и узбеки, с которыми мы встречались, отрицали какие-либо существенные различия между собой, кроме языковых. Мы единый народ с разными языками, говорили они.

По крайней мере, многие из них затруднялись с ответом, когда их спрашивали об этнической принадлежности.

Исследование индивидуальных историй показало, что с переходом от одного поколения к другому часто меняется и национальная идентичность, как правило, от таджикской к узбекской, не только с точки зрения самоидентификации, но и с языковой. Но в то же время, многие узбекизированные таджики представляют себя именно как таджики, когда общаются друг с другом. То есть идентичность часто носит ситуационный характер, в зависимости от того, с кем в данный момент вступает в контакт полуузбек- полутаджик.

Самое интересное, как таджики сопоставляют себя с различными национальностями. Если они охотно отождествляют себя с чистыми узбеками, то по отношению к другим полуузбекским этносам, например, к туркменам, живущим, к примеру, в соседнем селе и являющимся разновидностью узбекских племен (племя туркман), держат дистанцию, поскольку те ведут отличительно другой образ жизни, чем таджики и чистые узбеки.

Конечно, обрисованная ситуация двуязычия под влиянием образования независимого Узбекистана, придания узбекскому языку статуса государственного, перехода на латинскую графику меняется в сторону узбекизации местного таджико- и двуязычного населения. Поскольку таджикский язык сохраняет алфавит кириллицы, то возникает угроза языкового отчуждения таджиков от узбеков. Это, естественно, без энтузиазма воспринимается некоторыми местными таджиками.

В одном селении, которое когда-то было преимущественно таджикским, мы обнаружили факт почти полной узбекизации населения, то есть добровольного выбора молодым поколением узбекской идентичности и языка,

что в данной местности рассматривается не как нечто из ряда вон выходящее, а скорее как вполне естественное явление, поскольку сама граница между узбеками и таджиками, особенно в их образе жизни, стала весьма зыбкой.

По материалам сборника: “Этнический атлас Узбекистана”.

В Ташкенте по адресу: Ташкент, Яккасарайский р-н, ул. Бабура, 4 действует “Ориёно” Таджикский культурный центр г. Ташкента.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s